Глава шестая

- Значит, отдохнуть решил?

- А сколько же можно? Два года без выходных и проходных,

не знаете, что ли?

- Знаю-знаю, чего уж. А все-таки у вас преступность в районе не убывает, а, наоборот, возрастает.

- Смотря как глядеть!

- Да как ни гляди: воровство - пожалуйста, убийства - пожалуйста, если бы ты не был моим негласным родственником, не отпустил бы тебя, как пить дать!

- Так Егор на Дальний Восток едет, три года не виделись, когда еще встретимся.

- Я сам два раза его только и видел, нет - вру, еще, когда Оксана в положении им ходила, и ты знаешь, где это было? Ни в жизнь не догадаешься!

- Куда ж там, аж в Молдавии!

- Ага, а вот и нет! В Афганистане! 

- Ну, вы, товарищ полковник, тут уж загнули! Мамка никогда в Афганистане не была.

- Была, еще как была! Когда-нибудь расскажу. Слушай, как я тебе завидую, поедешь отдыхать. А тут: сводки, отчеты. Может плюнуть на все, а? Пенсия есть, здоровье пока в норме, сколько той жизни! Дети взрослые. Надо подумать.

- А чего вам думать, Владимир Яковлевич, не до семидесяти же лет погоны эти таскать! Дом-то, небось, в вашей Масловке уже под крышу подвели?

- Какое там! Вот ты что, так в районе и останешься? Хотя квар­тира у тебя - ничего, только вы что-то никто никак жениться не можете?

- Это о ком вы? Если обо мне, так вы же знаете, женился и разженился, а если о Егоре, так ему, вроде бы, и рановато, вот Пет­ру с Павлом - в самый раз. Так кто же с ними в эту дыру поедет? Надо же! Взбрело в голову дуракам фермерство! И охота в грязи по уши лазить, гамно за свиньями убирать!

- Так они же родились и, почитай, выросли в деревне, на хуто­ре, как же? Там их родина! А потом, наслушались рассказов о бере­зовой роще, вот и уехали. Только где деньги взяли?

- Они проскочили под указ о беспроцентной ссуде. Взяли по десять лимонов, купили сразу щитовые домики, они тогда стоили по девять. - вот и все. Камня там - навалом покупай цемент и строй. Они наняли экскаватор, докопались до глины, и песок там же.

- Так что, уже построились?

- Ну да! Только начали. Они умные малые: сделали навес, сложили все туда, построили рядом времянку, купили два трактора, в воинской части машину «Урал» с прицепом, отсеялись, сняли уро­жай, продали, отдали ссуду, со всеми расплатились и только по­том, на второй год, стали строиться.

-Ты там был?

- Конечно, два раза сейчас и один - еще в детстве.

- Место как?

- Да не лучше Масловки, правда, они там пруд выкопали, когда глину добывали, рыбу запустили.

- Молодцы, хваткие парни, я бы поехал с вами, так не отпус­тят же летом.

- А как Вера Васильевна?

- Прибаливает, но тоже пока работает.

- А Яков, Надежда? Все там же? Да, учиться Яков уже заканчивает, а Надежда на четвертом, вот ради них и тружусь пока.

- И куда потом? Яков - политех, кому эта специальность те­перь нужна, сейчас - »купи-продай» или под мост.

- Насчет, «под мост» - однозначно, а «продай-купи» - чем черт не шутит?

- Вот как вы оцениваете теперешнюю обстановку? Кто такой Чукайс?

- А ты что, не знаешь?

- Я-то знаю, что он подонок, продал Россию, ведет политику геноцида, губительную для русского народа.

- И это говорит капитан полиции! Ты думаешь, что говоришь?

- Ну, если вы этого не понимаете, бывший полковник Советской Армии, дважды побывавший в Афганистане, тогда мы поехали! - Ты же сам себе противоречишь: то приводишь в пример бра­тьев, достигнувших таких успехов, то хаешь власть!

- Каких успехов?! Они все своим горбом, по три часа в сутки спят и никак не вылезут. А тут кругом подонки задарма сахарные заводы заграбастали и теперь перекачивают в свои карманы день­ги! Да они нас с вами же обокрали! Вот вы, полковник, четыре года дом никак не постройте, вам жить негде, у вас двое взрослых детей, где потом им селиться? А те, сволочи, за год такие коттеджи отгро­хивают! Вы что, не видите? Вот которого кокнули. Как его? Дирек­тор Маслоэкстракционного завода. «Честнейший человек> - было написано в некрологе. Себе построил коттедж в трех уровнях, сыну, дочке и теще!

- Откуда такие данные?!

- Да я сам расследование проводил. на него тысячу жалоб было, и что?

- Все законно, все за свои деньги. Откуда у него такие деньги?

Вы знаете, сколько сейчас кирпич стоит? - Мне-то не знать!

- Вот то-то! Ему дома обошлись в несколько миллиардов. Вот, действительно: «собаке - собачья смерть», - так было на трупе написано!

- Вот что, Андрей, забирай отпускной, и мы с тобой на эту тему не разговаривали, а то кто-нибудь скажет: начальник отдела кадров полиции и такие взгляды, а мне еще дом надо достроить! - Сколько вам надо денег, чтобы достроить дом?

- Миллиончиков, этак, десять-двенадцать.

- Считайте, что они у вас уже есть, но если кто-то узнает, что я их вам дал, не посмотрю, что вы мой родственник.

- Мне не до шуток, тут уже и сердечко прихватывает, а вот ползаю сюда за каких-то четыре сотни.

- Я на полном серьезе - увольняйтесь и езжайте в Воронеж, поживете в вашей времянке, построите одну комнату, отделаете и живите.

- Откуда у тебя такие деньги?

- Клад нашел, могу сейчас дать пять миллионов, только долларами - идет? - Андрей вытянул из бокового кармана бумаж­ник и начал считать купюры. Владимир Яковлевич быстро закрыл дверь кабинета.

- А как же я тебе отдам? У меня отродясь таких денег не было!

- Ладно, дядя, не переживай, я у тебя расписки не беру.

- А если они фальшивые?

- Тогда скажете, у кого взяли! Все, я пошел, поезд ночью! _

Андрей вышел, Владимир Яковлевич спрятал деньги и долго стоял у окна, неотрывно смотрел на зеленеющие вдали сады. «Откуда все­ таки у него такие деньги»? - подумал.